Россиянка, много лет путешествующая по миру и ведущая тревел-блог под именем Елена, провела отпуск на Пхукете и неожиданно для себя столкнулась не только с новой страной, но и с другим взглядом на женскую свободу. Наблюдая за европейскими туристками, она стала внимательнее относиться к тому, как женщины из разных стран ощущают свое тело, материнство и право вести себя так, как им хочется, а не как «принято».
Елена остановилась в небольшом отеле, где отдыхала компания французов. Впервые она заметила их у бассейна: на шезлонгах расположилась шумная группа, в центре которой особенно выделялись девушки. Они разговаривали громко, смеялись, жестикулировали, легко перебрасывались шутками с мужчинами. По словам россиянки, француженки вели себя так, словно вокруг не было ни посторонних людей, ни невидимых правил приличия, к которым привыкли многие женщины из России.
Блогер вспоминает, что европейки были одеты в довольно открытые купальники, не стремясь прикрыться парео или полотенцем при каждом движении. Они не поправляли постоянно бретельки, не втягивали живот, не пытались сесть «поудобнее», чтобы что-то не выглядело не так на фото. Было заметно, что ни лишние килограммы, ни неидеальная кожа, ни следы послеродовых изменений не мешали им чувствовать себя уверенно и естественно.
Именно эта внутренняя раскрепощенность поначалу показалась Елене чересчур вызывающей. По привычке ей казалось, что на курорте надо «держать марку»: не смеяться слишком громко, не жестикулировать активно, купальник выбирать такой, чтобы «никого не шокировать». На фоне этого французская компания выглядела очень контрастно — легко, свободно, без оглядки на чужое мнение.
Особенно в памяти блогерши осталась одна молодая француженка с грудным ребенком. Девушка была полноватой, с обычной фигурой, которую в российских реалиях нередко называют «несовершенной». Она спокойно заходила в бассейн с малышом на руках, играла с ним в воде, при этом не выглядела ни зажатой, ни извиняющейся за свое тело.
В какой-то момент ей оказалось неудобно самостоятельно выбраться из бассейна, держа младенца. Не раздумывая, француженка обратилась к Елене с просьбой: подержать ребенка, пока она выберется на бортик. Для россиянки это стало неожиданностью — незнакомая женщина, увиденная впервые, легко доверила ей самое важное, что у нее есть, — своего малыша.
Елена взяла ребенка на руки и, по ее словам, в этот момент испытала смесь удивления и ответственности. Молодая мать тем временем неторопливо, без суеты выбралась из воды, забрала малыша и улыбнулась, словно подобная ситуация — обычное дело. Блогер признается: ее поразило не только доверие француженки к чужому человеку, но и та внутренняя свобода, с которой та жила каждую минуту отпуска.
Еще один момент, который впечатлил Елену, — обстоятельства поездки европейки. Девушка прилетела в Таиланд одна с грудным ребенком, без мужа, без бабушек и нянь. Вместо привычного для многих семей формата «все включено» она остановилась в отеле, где нужно рассчитывать прежде всего на себя: самой организовывать питание, быт, досуг. По российским меркам подобное поведение часто кажется авантюрным, рискованным. Однако француженка производила впечатление спокойного, собранного и ответственного человека.
Наблюдая за ней, Елена ловила себя на противоречивых чувствах. С одной стороны, ей казалось, что такая степень раскрепощенности и небрежности к внешнему виду — это «слишком». С другой — она не могла не восхищаться тем, как уверенно европейка справляется с материнством вдали от дома, без привычной системы поддержки, не драматизируя ни одну бытовую мелочь.
По словам блогерши, многие европейки на курортах ведут себя так, как будто совсем не знакомы с понятием «стыд за свою внешность». Они выбирают купальники по принципу удобства и настроения, а не в попытке скрыть каждый складку. Спокойно загорают в позах, которые им реально комфортны, а не «выигрышны для фото». Могут громко смеяться, бурно обсуждать что-то с подругами, свободно проявлять эмоции — от восторга до раздражения.
На этом фоне, как заметила Елена, значительная часть россиянок на отдыхе выглядит напряженнее. Им свойственно чаще оглядываться по сторонам, подбирать купальник «поприличнее», переживать, «не слишком ли видно», аккуратно позировать на камеру, вместо того чтобы просто плыть, нырять, валяться на шезлонге как угодно. В результате, по ее наблюдению, одни туристки выглядят «приличнее», но при этом более тревожными и зажатыми, другие — кажутся «вульгарными», зато живут отпуском, а не его картинкой.
Эти наблюдения заставили Елену задуматься о том, насколько сильно на женщин влияет культурный фон, в котором они выросли. В ряде европейских стран еще с детства детям помогают формировать спокойное отношение к телу: объясняют, что оно может быть разным, что возраст, роды, образ жизни оставляют свои следы — и это нормально. Тело не нужно постоянно прятать, стыдиться, маскировать каждый так называемый недостаток.
В России же долгое время доминировал другой подход: считалось, что женщине важно быть «скромной», «не выставлять себя напоказ», не допускать лишней откровенности в одежде и поведении. Подросткам и взрослым нередко внушали, что открытые наряды — признак легкомыслия, а демонстрация чувственности — почти что вызов общественной морали. В отпуске, где люди снимают с себя часть социальных масок, эти различия особенно бросаются в глаза.
При этом сама Елена признает: однозначной оценки у нее нет. Она не готова утверждать, что европейская модель свободы — это абсолютное благо. По ее словам, грань между естественной раскованностью и нарочитой вульгарностью размыта, и каждый народ, каждая семья, да и каждая отдельная женщина проводят свою линию допустимого по-своему. То, что для одной культуры — обычное, никого не смущающее поведение, для другой может выглядеть как провокация.
Возвращаясь в мыслях к французской маме с младенцем, блогер подчеркивает, что за внешней небрежностью и полным расслаблением она увидела не безответственность, а другой стиль жизни. Девушка внимательно следила за ребенком, не отпускала его от себя, аккуратно обращалась с ним в воде, держала на руках уверенно. Не было ощущения, что малыш предоставлен самому себе или что мать забывает о его безопасности ради собственной свободы. Напротив, Елена заметила, как ловко европейка сочетает заботу о ребенке с заботой о себе.
Эта история заставила россиянку задуматься не только о телесной свободе, но и о свободе внутри головы. Насколько часто женщины из постсоветского пространства позволяют себе просто быть — со своим телом, усталостью, желаниями, без необходимости соответствовать чужим ожиданиям, будь то ожидания родственников, общества или воображаемого «идеального образа»? И насколько европейкам действительно проще, потому что они с ранних лет слышат: ты имеешь право жить так, как комфортно тебе?
Елена признается, что после этой поездки стала мягче относиться к проявлениям чужой раскованности. Там, где раньше ей хотелось мысленно осудить — «слишком громко», «слишком открыто», «слишком смело» — теперь чаще появляется другая мысль: «эта женщина просто чувствует себя в безопасности и не боится быть собой». И наоборот, глядя на зажатых, вечно поправляющих купальник и втягивающих живот туристок, блогер стала чаще задаваться вопросом: а что стоит за этим постоянным контролем себя?
С ее точки зрения, разговор о «вульгарности» и «приличии» неизбежно упирается в вопрос: кому именно женщина пытается понравиться и кто имеет право судить о границах допустимого? Если она сама комфортно себя чувствует в выбранном купальнике и манере поведения, не нарушает закон и не навязывается окружающим, возможно, вопрос «приличия» — прежде всего отражение установок смотрящего, а не объективной реальности.
При этом Елена подчеркивает: свобода не означает безответственность. На примере той же француженки с ребенком она увидела, что можно быть внешне расслабленной, не зацикливаться на каждом взгляде, не подстраиваться под строгие представления о женственности — и в то же время оставаться внимательной матерью, планировать свой отдых с учетом интересов ребенка, заботиться о его безопасности. Для нее это стало важным опровержением стереотипа о том, что «раскрепощенная женщина обязательно легкомысленна».
Опыт на Пхукете стал для блогерши своеобразным зеркалом, в котором отразились и ее собственные установки. Она призналась себе, что много лет выбирала купальники не по любви к себе, а из страха осуждения; ловила себя на том, что вместо того, чтобы отдыхать, думала о том, как выглядит со стороны. Наблюдение за европейками не сделало ее копией француженок, но помогло снять часть внутреннего напряжения и позволить себе чуточку больше свободы — в жестах, в смехе, в выборе одежды.
Для многих россиянок подобные истории могут стать поводом не столько слепо перенимать чужую манеру поведения, сколько внимательно прислушаться к себе: где заканчиваются действительно важные для них личные границы и начинается навязанное обществом «нельзя»? Нужна ли бесконечная погоня за идеалом, если в реальности счастливо выглядят не самые «гладкие» и «подтянутые», а те, кто позволил себе расслабиться и жить в своем теле без постоянного стыда?
Такой взгляд на европейскую телесную свободу не отменяет культурных различий и не обесценивает традиционные представления о скромности, которые по-прежнему близки многим женщинам. Скорее, он показывает, что у современной женщины есть право выбирать — быть сдержанной или раскованной, закрытой или открытой, ориентироваться на мнение окружающих или на собственный комфорт. И, возможно, подлинная свобода как раз в том, чтобы не осуждать чужой выбор, оставаясь честной в своем.